1896 год. 16 мая (4 мая ст.ст.) в петербургском саду «Аквариум» в антракте между 2-м и 3-м отделениями опереточного спектакля «Альфред-паша в Париже» состоялся первый в России киносеанс.

Публике были продемонстрированы короткие документальные фильмы братьев Люмьер - "Выход рабочих с завода", "Разрушение стены" и знаменитое "Прибытие поезда".


«Огромный успех «синематографа братьев Люмьер» обусловил необыкновенно быстрое его распространение во всём мире. Через пять с половиной месяцев после первых коммерческих киносеансов «Гранд-кафе» в Париже синематограф появился в России. 4 мая 1896 года на открытии летнего сезона в увеселительном заведении «Аквариум» в Санкт-Петербурге, в том самом помещении, в котором в 1918 году снимались первые советские художественные фильмы, начались гастроли иностранного аттракциона «Синематограф братьев Люмьер». Несколько дней спустя кинематограф увидели москвичи в летнем саду «Эрмитаж», находившемся в аренде у известного антрепренёра Лентовского. Затем, примерно через месяц, кинематограф стал одним из главных аттракционов в кафешантане Шарля Омона, выехавшем по случаю Всероссийской выставки из Москвы в Нижний Новгород. Здесь его впервые увидел молодой Максим Горький. И не только увидел, но и описал в корреспонденции, опубликованной в газете «Одесские новости» от 6 июля 1896 года.

Из всех ранних откликов в русской печати на новое изобретение корреспонденция М.Горького представляет наибольший интерес. Для нас особенная её ценность заключается в том, что в ней удивительно живо переданы те непосредственные впечатления, которые возникали у зрителей после первого просмотра фильмов.

Что же поражало первых зрителей в кинематографе?

Первое – иллюзия реальности. (…) Иллюзия была настолько велика, что первые кинозрители воспринимали картины, проходившие на экране, как действительность, а экран был для них окном, распахнутым в жизни (…)

Но для первых кинозрителей пугающая реальность картины соединялась с прямо противоположным качеством – её условностью, вследствие которой киноизображение казалось одновременно ирреальным.

Эта условность кинозрелища удивляла зрителей, пожалуй, ещё больше, чем его иллюзорность. Странным казалось многое: «серый тон гравюры, изменение реальных размеров людей и вещей («все фигуры и предметы вам кажутся в одну десятую натуральной величины») и, главное, безмолвие (…)

Успех кинематографа как аттракциона определялся, по-видимому, этими его качествами: поразительной реальностью воплощаемых им картин жизни, с одной стороны, и, с другой, их неестественностью, фантастичностью. Этим он удивлял зрителей. И примерно до 1906-1907 годов, то есть до того времени, когда зрители к нему окончательно привыкли и он перестал их удивлять, кинематограф оставался, по преимуществу, аттракционом. Но не исключительно аттракционом. Внимание зрителей всё же привлекала и специфичность образов, воплощаемых на экране. Фантастичность, «неестественность», кинозрелища уже на первом этапе его развития породила жанр сказки-феерии, а впоследствии вызвала к жизни детективно-приключенческий жанр и т.п. Фотографическая же его достоверность привела к использованию кино как средства документации событий действительности. Это последнее качество было особенно важным. Поэтому ранний кинематограф, особенно в России, прежде всего обратился к созданию хроникальных фильмов».